Развитие ситуации в Туркменистане

размер шрифта: Aa | Aa

Артем Устименко

Прогнозирование даже краткосрочного развития ситуации в Туркменистане является довольно сложным процессом, учитывая чрезвычайную степень закрытости государства и, главным образом, неопределенность для внешнего наблюдателя механизма принятия конкретных решений и нахождения консенсуса в правящей элите республики. Тем не менее просматриваются некоторые основные выводы.

Развитие ситуации в Туркменистане после смерти Сапармурата Ниязова определило несколько наиболее важных следствий в расчете на краткосрочный период.

Во-первых, ближайшему окружению бывшего президента Туркменистана во главе с Гурбангулы Бердымухаммедовым и Акмурадом Реджеповым удалось нивелировать развертывание борьбы за власть в рядах номенклатуры. По крайней мере до выборов нового главы государства в феврале 2007 года.

При этом были использованы в том числе и «силовые» способы давления на потенциальных конкурентов (арест спикера Халк маслахаты Овезгельды Атаева, действия в отношении министра обороны Агагельды Мамедгельдыева). Была сохранена видимость единства в правящей элите и «верность» курсу скончавшегося главы государства.

Во-вторых, итоги электоральной кампании и президентских выборов были предрешены ввиду безусловного «превосходства» и.о. президента Гурбангулы Бердымухаммедова.

В-третьих, туркменской оппозиции («Союз демократических сил Туркменистана») не удалось воспользоваться удобной ситуацией для своего закрепления ввиду внутренней слабости и разобщенности, отсутствия открытой поддержки «извне» и явной аполитичности населения.

Избранный президент Туркменистана будет вынужден находиться, как минимум в краткосрочной перспективе, «в тени» Туркменбаши, и пользоваться объективно меньшей степенью легитимности и влияния среди, прежде всего, своего окружения, основную часть которого будут составлять бывшие «соратники» Ниязова, претендующие в его отсутствие на ведущие роли в государстве. Ведь Ниязов не успел самого главного, а именно конкретно обозначить своего преемника, вывести его «в общество». Как следствие, в политической элите найдутся силы, которые будут недовольны собственными позициями и со временем могут оспорить право преемника на власть.

В целях закрепления за собой «собственного» влияния Бердымухаммедов пойдет либо на проведение политики, отличной от прежнего курса, к примеру, в сторону «умеренной демократизации», либо произведет полную «зачистку» политической элиты, прежде всего в «центре», так как позиции «регионалов» слабы (за две недели до своей смерти Туркменбаши снял с должности руководителей всех пятерых велайятов республики).

К примеру, руководство Туркменистана допустило на президентские выборы 11 февраля иностранных наблюдателей, в том числе из ОБСЕ. В период правления президента Сапармурата Ниязова для контроля за проведением выборов всех уровней в республику не допускались иностранные наблюдатели, а формальный контроль осуществляли представители Туркменского национального института прав человека, единственной в стране Демократической партии и других общественных организаций.

Кроме того, официально объявлена необходимость проведения ряда социальных реформ, направленных на повышение жизненного уровня населения республики, улучшение системы образования и постепенное «открытие» государства (свободные Интернет, зарубежные стажировки).

Как следствие, в Туркменистане, как минимум на первоначальном этапе, вероятнее всего, будет наблюдаться видимость внедрения «формальной» демократии. Так как, во-первых, у нынешней правящей элиты нет таких мощных инструментов подавления и, самое главное, влияния, как у Сапармурата Ниязова, а во-вторых, просматривается и явно выраженная позиция внешнего фактора, основные составляющие которого (США и ЕС) выступают за отход Ашгабада от жесткого авторитарного курса в сторону демократического авторитаризма.

Однако не все так просто с распределением влияния в правящей элите, причем изменения могут быть определяющими для будущего этого государства. Показательно, что, согласно новым конституционным положениям, именно Государственный совет безопасности Туркменистана определяет, «по каким причинам» президент или спикер Халк маслахаты «не может исполнять свои обязанности». Фактически президент становится зависимым от коллективного органа. Более того, председатель Государственного совета безопасности Туркменистана, которым сейчас является Акмурад Реджепов, по Конституции имеет право снимать с должности руководство государства и назначать и.о. президента.

Таким образом, в Туркменистане может быть апробирована новая система распределения управленческих полномочий среди нескольких представителей политической элиты. При этом основные полномочия, как минимум в течение первоначального времени, возможно, будут сконцентрированы у Реджепова, а президенту республики будет отведена относительно ограниченная роль. Конечно, вероятность «позитивного» кулуарного компромисса среди назревающих центров влияния должна стать основным сценарием в расчете на краткосрочную перспективу, так как преднамеренная дестабилизация обстановки может принести неожиданные негативные последствия для всей политической, а не только правящей, элиты. Опасность потерять даже минимальные рычаги влияния будет являться основным сдерживающим фактором для контрэлиты, наряду с заинтересованностью внешних сил.

PDFПечатьE-mail