Каспий: игра на интерес

размер шрифта: Aa | Aa

На международной конференции, посвященной перспективам регионального сотрудничества в Каспийском регионе, где принимали участие представители Азербайджана, Ирана, Казахстана, России, а также Китая и США, прозвучала мысль о том, что геополитические интересы государств в этом регионе доминируют над экономическими.

«Каспий является инструментом политической игры для стран ЕС, России, США и Китая», - заявила политолог Гульмира КУРГАНБАЕВА. Что же касается Казахстана, то для него Каспий - тема ключевая, приоритетная.

- Наша страна всегда стремилась конструктивно решить вопрос о правовом статусе Каспия, - говорит она. - Именно Казахстан и Россия инициировали соглашение о делении моря по срединной линии, чтобы каждое из пяти государств- участников в равной степени могло иметь доступ к общему водному пространству. На данный момент Казахстан достиг важных договоренностей в этом ключе с Россией, Азербайджаном и Туркменистаном. И, как мне кажется, вопрос правового статуса Каспия все же разрешится в ближайшее время полноc тью, так как все страны - участницы переговорного процесса осознают: Каспий - это их общее достояние, и они готовы к тому, чтобы при решении внутренних вопросов освоения соблюдать интересы своих партнеров.

-Существуют разные точки зрения относительно углеводородных запасов Каспия, каковы ваши оценки?

- Ряд экспертов утверждает, что эти запасы безграничны, хотя доказанные пока невысоки - около 4 процентов. Впрочем, в мире наблюдается тенденция к снижению темпов и объемов добычи. Например, страны ОПЕК, Ближнего Востока не стремятся сейчас активно добывать нефть. Они замораживают свой потенциал, рассчитывая вырваться вперед лет через 20-25, когда все остальные задумаются об альтернативных источниках. Тогда и Каспийский регион будет играть очень большую роль, так как на сегодняшний день запасы нефти здесь еще не до конца разведаны и освоены.

-На конференции вы говорили о том, что вокруг Каспия преобладают не экономические, а политические интересы. Какова в настоящее время роль крупнейших игроков на геополитическом пространстве - Китая, России, США и ЕС?

-По-прежнему расстановка сил основных игроков на Каспии - США, Китай, ЕС - остается актуальной, также очевидна роль России. А Казахстан, Иран, Азербайджан и Туркменистан являются основными объектами воздействия крупных региональных игроков.

Не секрет, что Каспий является одним из внешнеполитических приоритетов России. Она традиционно стремится закрепить свои позиции здесь через усиление различных векторов сотрудничества. По отношению к Казахстану этот процесс идет наиболее активно, он заключается в интенсификации двустороннего участия в конкретных проектах. Россия рассматривает отдельные интеграционные объединения, такие как ЕЭП, ЦАС, ШОС, в качестве инструмента воздействия на отдельные государства в регионе.

Относительно Туркменистана ситуация более сложная, но, тем не менее, здесь России также удалось достигнуть определенного паритета на основе баланса сдержек и противовесов. Россия сохраняет свой контроль над экспортом газа (в целом обе страны согласились о разделе продукции по основным блокам месторождений на юге Каспия). Совершенно другая ситуация - с Азербайджаном, хотя и здесь достигнуты определенные договоренности, в частности, по правовому статусу, заключенное Азербайджаном, Россией и Казахстаном (Соглашение о модифицированной линии раздела). Но в то же время Азербайджан не отказывается от концепции по самостоятельности национальных секторов.

Еще сложнее ситуация в отношениях с Ираном. Россия настойчиво демонстрировала в последнее время поддержку иранской ядерной программе; обе страны активизировались в области поставок вооружений и технологий, а также экономического сотрудничества: в ближайшие 10 лет предполагается увеличить товарооборот до 10 млрд. долларов... Вместе с тем им все не удается добиться единой позиции в отношении правового статуса Каспия.

Словом, Россия диверсифицирует свои интересы, достигая сотрудничества с одними государствами и используя систему сдержек и противовесов в отношении других. Для России строительство и эксплуатация трубопроводов, транспортировка энергоресурсов является не только экономическим вопросом, но и политическим, позволяющим обеспечить эффективный контроль над ситуацией в регионе.

Что касается США, то их интересы в регионе на протяжении последних лет остаются такими же прагматичными. Они также предпринимают меры, поддерживающие в регионе их доминирование: это обеспечение приоритетных позиций американских компаний, это привлечение американских инвестиций в проекты, это активное продвижение транспортного американского проекта Баку-Тбилиси- Джейхан. 

В то же время США усиливают военную составляющую на Каспии через оказание военно-технической помощи странам региона. В рамках программы «Зарубежное военное финансирование» в 2004 году было выделено около 3,4 млн. долларов (Азербайджану - 2,5 млн. и Туркмении - 900 тыс.). Эти деньги пошли на закупку американского военного оборудования и вооружения, а также для получения оборонных услуг и профессионального военного обучения.

Об отношениях США и Ирана, по-моему, и упоминать не стоит настолько все очевидно. Обострилась ситуация вокруг иранской ядерной программы, весь мир ищет из нее выход. И это, безусловно, чрезвычайно дестабилизирующий фактор на Каспии.

-А вот Китай всегда подчеркивает, что он не желает демонстрировать свое влияние, определенные геополитические амбиции в регионе, не так ли?

-Да, тем не менее, Каспий для Китая - не пустой звук. Он, например, активизирует свое участие в ШОС, куда вовлечено несколько государств Каспийского региона. По Ирану Китай демонстрирует политику сближения позиций, так, например, на новый уровень выводит отношения между этими странами подписание программы сотрудничества в области энергетики на 25 лет.

-А страны Европейского союза? Каковы их позиции на Каспии?

-Интересы ЕС тут традиционны и обусловлены необходимостью диверсификации своего энергоснабжения. В то же время не сформирована общеевропейская стратегия в отношении Каспия, развивается двухстороннее сотрудничество с отдельными государствами региона. В настоящее время ЕС стремится урегулировать иранскую проблему мирным путем, в целом продвигая независимую от США политику, обеспечивая свои собственные энергетические интересы. В перспективе можно ожидать, что ЕС будет достаточно взвешенным и влиятельным игроком в регионе.

-Вернемся в Казахстан. Присутствие здесь иностранных нефтедобывающих компаний как-то стабилизирует геополитическую ситуацию?

-Думаю, да, их присутствие способствует появлению у нас более конкурентоспособного бизнеса. Кроме того, эти компании инвестируют не только добычу, но и в переработку сырья, а также решают крупный блок социальных программ и проектов. Иностранный бизнес стремится внедрить стандарты международного менеджмента, привлечь и обучить местные трудовые ресурсы. И если на заре нашей независимости были опасения, что иностранные компании непременно будут вести свою игру, то сейчас совершенно очевидно, что все как раз наоборот. Достаточно посмотреть, насколько благоустроенными выглядят и производственные объекты с их участием, и населенные пункты, которые располагаются вблизи этих объектов. Иностранцы сознают: чтобы закрепиться на казахстанском рынке на десятилетия, нужно помогать стране пребывания решать социальные, гуманитарные вопросы.

-Часть нашей нефти будет транспортироваться по нефтепроводу Баку-Тбилиси-Джейхан. Плюсы от этого явные - наша нефть пойдет по всему миру, а какие от этого будут минусы? Как, например, в связи с этим будут развиваться дальнейшие отношения с Россией?

-Развитие этого проекта, действительно, будет иметь безусловные плюсы для нашей страны. В первую очередь это альтернативный источник доступа казахстанской нефти на мировой рынок.

Хотя, конечно, есть и минусы. Они заключаются в том, что существует проблема транспортировки, связанная с грузоподъемностью танкеров. Многие эксперты говорят о том, что три танкера в день, которые могут курсировать по Каспию, это очень много. Это первая проблема. Вторая - существует потенциальная угроза для экологии: при танкерной перевозке возможны разливы нефти на Каспии. Третий минус трубопровода Баку-Тбилиси- Джейхан связан с тем, что сейчас приобретает актуальность такая потенциальная угроза, как «нефтяной» терроризм. Очень сложно контролировать такой большой по протяженности проект, который будет связывать Казахстан, Азербайджан, Грузию и Турцию, потому вопросы безопасности транспортировки являются актуальными.

На отношениях России и Казахстана присоединение последнего к «трубе», думаю, существенным образом не отразится. Спектр нашего сотрудничества - самый полный. Взаимопонимание - редкое. И та и другая стороны понимают, в чем состоят интересы каждой, и стараются по мере возможностей идти друг другу навстречу. Мы будем участвовать в проекте Баку- Тбилиси-Джейхан, но ведь мы демонстрируем высокий уровень взаимодействия и по проекту КТК. Казахстан полностью выполняет свои обязательства. Думаю, что до 2010 года мы выйдем на уровень транспортировки нефти по проекту КТК до 67 млн. тонн в год.

-В целом все страны региона демонстрируют экономический рост: у Азербайджана рост ВВП составляет 14 процентов ежегодно, у Казахстана - 9, России - 6-7, в Туркмении тоже все стабильно. То есть нефть, создавая этим странам экономическую стабильность, дает и политическую стабильность. Как долго это будет продолжаться?

- Если в последние годы экономический рост Казахстана достигнут за счет экспорта минеральных ресурсов, то следующий этап в его развитии связан с реализацией потенциала страны в области индустрии готовой продукции. Это в первую очередь нефтехимическая отрасль, наукоемкие технологии в нефтегазовом секторе и их перенос в другие сектора - машиностроение, приборостроение, агропродовольственный сектор. Сейчас, когда ситуация на мировом рынке нефти складывается в пользу Казахстана, у нашей страны есть все шансы сделать свою экономику гармоничной, сбалансированной в отраслевом смысле, а также стать экспортером несырьевых товаров.

-Откуда такая уверенность? Пока остальные страны, такие, например, как Азербайджан и Россия, только задумываются об индустриальной инновационной политике, Казахстан уже несколько лет ее успешно реализует. Мы с вами проанализировали поведение каждой из прикаспийских стран в геополитической игре, а вот о Казахстане с этих позиций не сказали. Что отличает наши позиции?

- По-моему, мы говорили в основном и только о Казахстане. Нам удается налаживать взаимопонимание с ближайшими партнерами относительно статуса моря это раз. Сейчас наша страна диверсифицирует свои нефтяные потоки. У нас уже есть три альтернативных пути поставки нефти на мировой рынок, не исключается вероятность того, что мы не отвергнем и какой-то четвертый путь. Снижение рисков и зависимости от каких-то отдельных игроков, возможность реализации наукоемких проектов именно в этой сфере выгодно отличает Казахстан от других прикаспийских государств.

То есть нефтяной потенциал может быть фактором политической стабильности, особенно внутриполитической, если государство практикует взвешенную политику. Соседние центрально- азиатские государства (например, Узбекистан) также владеют большими запасами минеральных ресурсов, но, тем не менее, этот фактор для большинства из них не стал фактором стремительного роста. Казахстан продемонстрировал совершенно другую картину: когда доходы от одной отрасли могут быть перенаправлены в другие отрасли, а также стать основой стабилизации социального сектора - обеспечению доступа к образованию и здравоохранению.

Таким образом, Каспий необходимо рассматривать не только как ареал столкновения интересов или зону влияния государств - мировых игроков, но и как поле с огромным потенциалом сотрудничества. Он должен быть сосредоточен не только на диверсификации отдельных транспортных маршрутов, но и на модернизации существующих производств, развитии новых технологий, на общих усилиях по обеспечению экологической безопасности, без чего вообще нельзя надеяться на стабильное будущее региона.

Галия Шымырбаева