Страна больших возможностей

размер шрифта: Aa | Aa
14.09.2011 00:03
kulibaev.jpgТимур Кулибаев, Председатель Ассоциации KAZENERGY
Иностранные инвесторы сохраняют аппетит к вложениям в нефтегазовую отрасль. наибольший интерес среди стран бывшего СССР у них вызывает Казахстан: у него большие открытые запасы и перспективные ресурсы углеводородов, здесь можно организовать новые крупные проекты, а можно купить бизнес, уже доказавший свою успешность.
Парижская мода на инвестиции
Париж стал местом обсуждения вопросов, связанных с нефтью и газом СНГ. Международные компании и отраслевые представители государств СНГ собрались в Париже на Нефтегазовом саммите CIS O&g-2010, который проходил с 19 по 21 мая текущего года. На нем они обсудили положение в топливно-энергетическом комплексе России, Каспийском и Среднеазиатском регионах, а также в Украине. В форуме приняла участие представительная казахстанская делегация. Безусловно, в первую очередь участников рынка интересует нефть, как самый подходящий для экспорта углеводородный товар. Цель западных инвесторов – разобраться, в какую из стран эффективнее и безопаснее всего вкладывать миллиарды долларов и евро. Нынешний саммит – особенный, так как проводился в десятый раз. Тем самым он дал повод оценить, насколько результативными были вложения в нефтяную отрасль за это время, и насколько велики возможности для будущих инвестиций.
Помочь участникам рынка разобраться в инвестиционном климате этой части света, были призваны выступления официальных лиц, дискуссии и разговоры в кулуарах. Однако существуют цифры и факты, которые позволяют оценить ситуацию и нефтегазовые перспективы различных стран со стороны. Их анализ показывает, что в наилучшем положении с точки зрения инвестиционной привлекательности находится Казахстан. За минувшие 10 лет объем добычи вырос здесь более чем вдвое – с 33,5 млн т в 2000 году до 80 млн т, которые планируется добыть по итогам текущего года, число недропользователей возросло с нескольких десятков до 400. В Казахстане было обнаружено гигантское по запасам месторождение Кашаган, сделано немало других геологических открытий, почти удвоивших на данный момент извлекаемые запасы нефти с 2,9 млрд т 2000 года.
Другие постсоветские страны добились куда более скромных результатов, а некоторые даже откатились назад. Причиной такой разницы в достижениях помимо чисто геологических факторов является инвестиционная политика, проводимая национальными правительствами. Модель управления и развития нефтяной отрасли в Казахстане оказалась оптимальной для привлечения инвесторов и сочетания выгод частного бизнеса и государства.

После кризиса
Лучше всего о нынешнем положении дел в нефтяной отрасли стран СНГ говорят показатели добычи. В I квартале 2010 года – первом после кризиса 2008-2009 годов – Казахстан добился наибольшего роста производства среди государств, которые будут рассматриваться на саммите. Страна увеличила производство нефти почти на 10%, по сравнению с тем же периодом прошлого года. У других государств показатели куда скромнее: Азербайджан поднял добычу нефти на 6,4%, Россия – на 3,3%. В таких странах как Туркменистан и Украина происходило снижение: Ашхабад сократил производство нефти на 5%, Украина – на 12,2%. А в Узбекистане добыча нефти и конденсата и вовсе рухнула на 20%.
 
Хотя это показатели всего одного квартала, в них отражаются глубокие отраслевые тренды. В одних странах падение или низкий прирост добычи отражает тенденцию истощения промышленных запасов нефти. В тех государствах, где производство растет, нефтегазовая отрасль опирается на мощную ресурсную базу. К тому же, основная часть разрабатываемых запасов находится на стадии не истощения, а растущего производства.

На подъеме

Эта тенденция в полной мере проявляется в Казахстане: его извлекаемые запасы нефти (с учетом Каспийского шельфа) составляют 4,8 млрд т, а прогнозные– как минимум 17 млрд т. Первая цифра показывает насколько велик потенциал действующих нефтяных проектов, вторая говорит о том, какие возможности для освоения скрывают в себе казахстанские недра.
Запасы нефти страны составляют 3,2% от общемировых, а сама она входит в десятку крупнейших обладателей этим видом углеводородов. При этом роль Казахстана как поставщика нефти на мировой рынок постоянно растет: если в 2003 году он занимал 1,2% от общего объема, то через пять лет показатель вырос до 1,3%. В масштабах мирового рынка это огромный прогресс, особенно с учетом того, что такие гранды как Саудовская Аравия, Россия, США за те же пять лет существенно снизили свое присутствие в международной торговле нефтью.
Для сравнения аналогичные показатели извлекаемых и прогнозных запасов у большинства рассматриваемых на саммите стран значительно уступают казахстанским. В Азербайджане извлекаемые запасы составляют 1,9 млрд, а прогнозные – 2,3 млрд т, в Туркменистане – 350 млн и 12,37 млрд т (почти все на Каспийском шельфе), в Узбекистане 90 млн т и 817 млн т, в Украине – 60 млн и 1,1 млрд т нефти и конденсата. Единственное исключение - Россия, чьи доказанные извлекаемые запасы близки к 9 млрд т, а прогнозные – превышают 11 млрд т. Но здесь к 2015 году рентабельная часть открытых на сегодня запасов будет исчерпана. В Казахстане же в это время начнется развиваться опытно-промышленная разработка Кашаганского месторождения, крупнейшего по запасам нефти и конденсата из обнаруженных на территории бывшего СССР. Войдут в активную фазу другие проекты на Каспийском шельфе, как, например, «Жемчужина» с участием компаний «КазМунайТениз», англоголландской Shell и оманской Oman Oil Co. Успех этих проектов очень четко показывает, насколько различается подтверждение прогнозов нефтяных запасов на Каспийском шельфе, одном из самых перспективных регионов СНГ. За последние десять лет, к примеру, в Азербайджане не оправдались ожидания по 11 морским проектам, в рамках которых инвесторы ожидали найти более 1 млрд т углеводородов. В Туркменистане на шельфе заключаются новые контракты, но более ранние - как СРП по «Блоку-3» - закрываются из-за неудачи разведки. А в Казахстане за эти годы на Каспии открыты пять месторождений, включая гигантский Кашаган, геологические запасы которых в совокупности составляют почти 5,5 млрд. тонн.
Бренд казахстанский
Понятно, что такого рода проекты становятся своего рода «товарным знаком» нефтяных возможностей в той или иной стране. Однако на самом деле брендом Казахстана в этой области выглядит большое число нефтяных операторов самых разных масштабов. Данные статистики добычи нефти в рассматриваемых странах показывает, насколько отличается структура производителей в Казахстане от его соседей. В Казахстане добычу нефти ведут около 80 недропользователей. Крупные проекты либо переживают рост производства, как «Тенгиз/Королевское», начиная с 13,5 млн т в середине 2000-х годов и перспективой достижения 32 млн т после 2015 года. Либо имеют большой потенциал как «Карача-ганак» с добычей 12-13 млн т в год в настоящее время и возможностью увеличения производства в полтора раза после осуществления III-й стадии разработки. Большое число менее крупных, средних и небольших предприятий в Атырауской, Мангистауской, а также Кызылор-динской области также наращивает добычу. В других странах налицо совсем другая тенденция в количестве нефтяных операторов. В России добычу нефти и конденсата ведут 15 государственных и частных компаний, не считая их дочерних предприятий, в Азербайджане – 12 производителей, в Украине – 9, Туркменистане – 7, в Узбекистане – 5. Такие цифры приводят к следующему выводу: такие международные консорциумы как «Тен-гизшевройл» и «Карачаганак Петролеум Опе-рэйтинг» обеспечивают значительную часть добычи нефти и конденсата в Казахстане. Но, с другой стороны, именно большое количество средних, небольших и малых успешно действующих нефтедобывающих предприятий свидетельствует об общем благоприятном инвестиционном климате в стране.

Без ограничений
Сегодня доступ к разведанным запасам почти во всех странах бывшего СССР имеет значительные ограничения. Туркменистан прекратил продажу инвесторам разведанных месторождений нефти. В Узбекистане заключаются контракты по сильно истощенным и малым месторождениям. Азербайджан продает залежи вместе со старой промысловой и социальной инфраструктурой, причем предлагает инвесторам заплатить за них довольно дорого. В Украине прежнее правительство даже отменяло сделки с инвесторами, то есть демонстрировало непоследовательность и недоверие к ним. Россия же привлекает иностранных инвесторов, в основном, в Восточную Сибирь на малоизученные участки и небольшие месторождения с очень тяжелыми климатическими и производственными условиями работы. Казахстан в этом смысле проводит наиболее либеральную политику, поскольку, во-первых, правительство заключает контракты и по перспективным участкам и по открытым месторождениям. Для этого ведутся и прямые переговоры, и объявляются конкурсы, которые Министерство нефти и газа после некоторого перерыва планирует возобновить. Во-вторых, в стране действует наиболее динамичный в странах СНГ рынок вторичных углеводородных активов. Когда тот или иной инвестор хочет продать свой актив, то правительство, хотя и может потребовать удовлетворения своего первоочередного права на покупку, никаких иных условий не выдвигает. То есть уполномоченная правительством компания должна будет заплатить продавцу рыночную цену. Но власти далеко не всегда пользуются правом первоочередного выкупа. Например, в начале мая правительство одобрило покупку компанией KazStroyService global BV у фирмы Claremont Holdings Ltd. 27% акций нефтегазодобывающего предприятия «Жаикмунай».
В-третьих, Казахстан успешно организовал новые для СНГ, кроме России, способы привлечения иностранных инвестиций. За минувшие 10 лет ими стало размещение евробондов компании «КазТрансОйл», IPO компании «Разведка Добыча «КазМунайГаз» (РД КМГ), главного национального нефтедобывающего предприятия страны. На казахстанской и лондонской бирже в 2006 году было продано 37% акций РД КМГ, что позволило компании привлечь $2,2 млрд, а пенсионным фондам, банкам, частным и юридическим лицам различных стран стать ее дольщиками.
Такой подход принципиально отличается от курса Ташкента, который хочет продать крупный пакет акций национальной компании «Узбекнефтегаз» одному стратегическому инвестору, что ограничивает развитие нефтяного фондового рынка в стране. Азербайджан, Туркменистан, и Украина не рассматривают в принципе привлечение миноритарных акционеров в нефтяные госкомпании. Тогда как, по мере сокращения объема свободных сырьевых активов, этот вид инвестирования станет уже в ближайшем будущем важной частью нефтяного бизнеса. Казахстан же единственный среди каспийских и центральноазиатских стран открыл и закрепил за собой этот перспективный сегмент рынка нефтяных инвестиций.

Инвестиции нового поколения
Активное развитие нефтяных проектов подталкивает, с одной стороны, некоторые правительства стран СНГ, а с другой, иностранных инвесторов к организации сопутствующих бизнесов. Например, переработки углеводородного сырья и выпуска продукции нефте- и газохимии.
Разные страны бывшего СССР проводят в этой области различную политику. В Туркменистане иностранным компаниям позволено участвовать в проектах переработки только как подрядчикам. Азербайджан также не допускает иностранцев к нефте - и газопереработке в качестве операторов и акционеров. В Узбекистане иностранные партнеры в сервисных и перерабатывающих проектах имеют большие сложности с обменом местной валюты на конвертируемую, а также сталкиваются с ежегодным изменением налоговых ставок. В Украине иностранные акционеры перерабатывающих предприятий зачастую находятся в непрерывном конфликте с правительством и местными партнерами, как, например, СП «Укртатнафта». В России действуют и планируются только единичные проекты переработки углеводородов с иностранным участием в рамках освоения шельфовых запасов. Положение иностранного бизнеса этой области в Казахстане куда более благоприятно. Во-первых, иностранные недропользователи осуществляют многочисленные программы утилизации попутного газа. А они предусматривают создание предприятий по производству сжиженного углеводородного газа и других продуктов переработки. Начиная с 2000 года такие крупные добывающие компании как «Тенгиз-шевройл» (ТШО), «CnPC-Актобемунайгаз» модернизировали и расширили Тенгизский и Жанажольский газоперерабатывающий заводы (ГПЗ), СП «Казгермунай» построило совершенно новый ГПЗ, сооружает такой же завод и ТОО «Толкыннефтегаз», аналогичные проекты есть у других недропользователей. В Казахстане действует Программа развития нефтехимической отрасли, в осуществлении которой участвуют РД КМГ, частные казахстанские и иностранные компании. Наиболее крупным на сегодня проектом такого рода выглядит строительство Атырауского интегрированного нефтехимического комплекса, в котором, в частности, нидерландская LyondellBasell имеет 24,5% акций. Сырье для него будет поставлять ТШО. Этот завод с инвестициями более $5 млрд станет крупнейшим в Каспийском и Среднеазиатском регионе производителем полиэтилена и полипропилена. Будут также сооружены комплекс производства ароматических углеводородов на Атырау-ском НПЗ, нефтехимический комплекс на базе бензола и параксилола, производство полистирола на Актауском заводе пластических масс, который будет снабжаться нефтью АО «Кара-жанбасмунай». Иностранные компании смогут участвовать в осуществлении этих планов в качестве и поставщиков сырья, и технологий, и инвесторов и кредиторов. Подсчеты экспертов свидетельствуют, что доходность вложений в сферу переработки составит, примерно, $300 на каждый инвестированный доллар. Так что сегодня Казахстан за счет проектов переработки успешно создает новый рынок иностранных инвестиций в нефтегазовой отрасли стран СНГ.
А в более широком смысле эти планы показывают, что казахстанское правительство проводит политику, направленную на превращение нефтегазовой отрасли из сырьевой в инновационную, из добывающей в обрабатывающую.

Вместе с лидером
Скорее всего, следующие десять лет еще более увеличат инвестиционную привлекательность Казахстана. Во всех странах Каспийского и Среднеазиатского региона проекты с иностранным участием, ведущие сегодня добычу войдут в фазу снижения добычи нефти. Вряд ли это снижение в адекватной степени будет компенсировано за счет новых контрактов, поскольку все они осуществляются на малоизученных территориях. В Узбекистане нет проектов, нацеленных на открытие новых больших запасов нефти, в Азербайджане и Туркменистане все такого рода контракты связаны с Каспийским шельфом, где у них уже были разочарования.
Нет пока крупных открытий запасов нефти в Украине и Восточной Сибири, что стимулировало бы интерес иностранных компаний к этим регионам. Безусловно, снижает внимание инвесторов к России и решение здешних властей ограничить участие негосударственных компаний в освоении запасов шельфа. Казахстан в этом смысле проводит, и вероятно, будет проводить гораздо более взвешенную политику: привлечения иностранцев к морским проектам при условии, что национальная компания контролирует более 50% акций в контракте.
Наиболее вероятным сценарием развития нефтяной отрасли СНГ в следующем десятилетии станет уменьшение темпов роста, а затем нарастание снижения добычи. Во всех странах, кроме Казахстана. Здесь за счет разработки Кашагана, освоения других каспийских блоков, развития Тенгиза и осуществления III-й стадии Карачаганакского проекта правительство планирует к 2020 году более чем удвоить добычу нефти до 164,4 млн т с 80 млн т, запланированных в 2010 году. Осуществление этих планов выведет Казахстан в первую пятерку мировых производителей нефти. А вместе с ним свой корпоративный рейтинг, доходность и производственные показатели повысят и его иностранные партнеры по нефтяным проектам.


 

 
PDFПечатьE-mail