Мангистау раскачала безответственность

размер шрифта: Aa | Aa
18.07.2011 15:28
При ближайшем рассмотрении забастовки в "Каражанбасмунае" и "Озенмунайгазе" – истинная буря в стакане воды. Масштабы акций протеста завышены колоссально, обоснованность требований не выдерживает никакой критики, а энтузиазм основной части бастующих вызывает огромные сомнения. Мотивы же так называемого ядра становятся понятны, стоит лишь копнуть чуть глубже поверхности. И поверьте, они крайне далеки от кристально-чистого стремления добиться справедливости для рабочего класса Мангистау. И, тем не менее, иллюзорные причины могут привести к серьезным бедам – прежде всего, для самих бастующих.

Бунт на пустом месте
Как бы ни хотелось организаторам забастовок выдать желаемое за действительное, тысячи протестантов остаются мифом. Оппозиционная пресса стремиться перещеголять друг друга в раздувании масштабов конфликта, называя чудовищные цифры не вышедших на работу. То в области бастуют 10 тысяч человек, то 15, то вообще 18 тысяч. Бредовость таких заявлений даже не нуждается в опровержении. На "Каражанбасмунае" работает 4 600 человек, в "Озенмунайгазе" – 9 тысяч. Вздумай залечь под тенты хотя бы половина, и предприятия бы прекратили добычу, однако обе компании исправно функционируют, терпя лишь некоторые убытки. Факты в принципе вещь упрямая и такую вещь, как статистика кадровых отделов весьма трудно опровергнуть. По данным АО "Разведка Добыча "КазМунайГаз", в "Каражанбасе" не выходят на работу около 1 000 нефтяников, в "Озене" – порядка 900. При этом бастуют они посменно, с разной долей активности – большая часть вовсе не является ни на работу, ни на акцию протеста, тихо сидит по домам или решает собственные проблемы.
Интересен и показателен социальный портрет бастующих. Большинство из них водители так называемой спецтехники: работа, не требующая высокой квалификации и таких усилий, как на должностях операторов добычи. А теперь представьте, что простые шофера желают получать около миллиона тенге в месяц – а именно столько "просят" подогретые Натальей Соколовой мангистаусцы. Сегодня средняя зарплата водителей колеблется от 170 до 250 тысяч тенге, в целом же по месторождению начиная с 2008 года зарплатная планка была поднята в 2-2,5 раза. Операторов, эдакой элиты нефтяных промыслов, среди бастующих единицы, но и они до конфликта имели в среднем по 300-350 тысяч тенге в месяц. И все благодаря тем самым районным и отраслевым коэффициентам, которые давно заложены в их зарплатах, премиальным и прочим бонусам. Да что там, техничка в РД КМГ получает порядка 70 тысяч тенге. Для сравнения, алматинский или астанинский учитель высшей категории, чья работа куда тяжелее и ответственней, приносит домой 40-50 тысяч. Так кто же должен бастовать? Подавляющее большинство нефтяников прекрасно понимают преимущества своего положения, потому не покидают предписанных трудовым расписанием мест, что вызывает угрозы и моральное давление протестного "ядра". Еще факт: сибирские нефтяники слыхом не слыхали о подобных щедротах работодателя, в среднем в аналогах российской отрасли рабочие получают на 30-50% меньше. Не говоря уж о 100% оплате больничных листов, введенной РД КМГ на своих предприятиях.
Но о методах лидеров после, а вначале давайте представим себе, чем является город Жанаозен и в какой тупик себя загоняют бастующие. В городе практически нет собственных источников пресной воды, как и везде в Мангистау вода – вещь настолько недоступная и дорогая, что без участия государства или крупных предприятий жители бы просто умерли от жажды или вынуждены были б бежать. Еще десять лет назад на каждом кране в Жанаозене болтались бурые от ржавчины тряпки, поскольку пробегая по водопроводу около 1000 км, питьевая вода становится фактически непригодной. Увы, лишь при союзе могло прийти в голову столь продвинутое и единственное решение – снабжать вахтовый поселок при месторождении водой из матушки-Волги. Сегодня вода в кранах, если и не удовлетворит вкус взыскательного европейца, то ее можно пить без содрогания – госкомпания, разрабатывающая месторождение Узень, сменила городские очистные фильтры, которым в противном случае стукнуло б лет 40. Только на дотацию водоснабжения, чтобы горожане не платили за воду столько, сколько она на самом деле стоит, РД КМГ тратит 1 млрд. тенге ежегодно. Напомним, что при постройке первых бараков Жанаозена никто и не предполагал, что к 2000 году там будет жить 60 тысяч человек, а к 2011 – 117 тысяч. Поселок превратился в город, но суть его не изменилась – единственной основой его существования была и остается нефть. Никаких других источников дохода, кроме деятельности "Разведка Добыча "КазМунайГаз" там не существует, все кормятся за счет нефтянки и сопутствующих предприятий. Кроме того, убыточный, полностью дотационный город требует таких затрат на социалку, что потянет их лишь крупная госструктура, заинтересованная в благополучии населения. В сущности, бастующие жанаозенцы кусают руку, которая их пестует. Официальный анализ состава населения показывает, что 70 тысяч горожан можно отнести к экономически неактивному населению – это дети, пенсионеры, учащиеся и пр. Остальные 47 тысяч экономически состоятельны, при этом 31,7% работают в производственном филиале "Озенмунайгаз" либо в его подрядных организациях, а 30,6% – в малом бизнесе, в основном, группирующемся вокруг нефтянки. И только 7,1% жителей г. Жанаозен числятся в промышленности, но не в РД КМГ. Еще 12,2% – в бюджетной сфере, 6,4 – в ЖКХ и обслуживающих его организациях, 5,7 – официально считаются безработными. Суровая правда – РД КМГ фактически содержит регион.

Оралманы, крикуны, провокаторы
Не в последнюю очередь непонимание сути процессов возникает оттого, что многие протестанты – этнические казахи, прибывшие из-за рубежа. Немалую долю составляют и каракалпаки (очень близкий казахам народ по языку – Ред.). Характерную для некоторой части этой категории социальную дезадаптацию они распространяют на своих внушаемых местных собратьев. Именно оралманы обеспечили такой незапланированный и губительный для экономики региона наплыв в Жанаозен, тогда как им были предоставлены земли и льготы для проживания в сельской местности Мангышлака. Именно они со своим лозунгом "я приехал на родину, мне все должны по гроб", продолжают требовать еще и еще – повышенных зарплат, льгот, бонусов и внимания. При этом образованность и культурный уровень этого контингента резко ниже, чем в среднем по республике, многие прибыли в Жанаозен из сельской местности, принеся с собой методы и нормы, отличные от цивилизованного демократического диалога.
Разумеется, когда на столь благодатную почву иждивенчества падают визгливые и лживые призывы заезжих и местных оппозиционеров, вопли купленной прессы, все вместе превращается во взрывоопасную смесь. Кстати, о неспособности жить по средствам, вечных надеждах "на дядю", который придет и за просто так накормит, говорит и простейший факт: Мангистауская область сегодняшний лидер в области потребительского кредитования. Многие нефтяники набрали столько кредитов, что не в силах будут их погасить, несмотря на высокие зарплаты. Часты случаи, когда люди даже не помнят, в каких банках, и на какую сумму брали займы. Рано или поздно за них придется рассчитываться, но какая, право, ерунда, если в область постоянно наезжают всякие абиловы, мамаи, аспандияровы, лезут аблязовы и алиевы, заявляя: рабочие всегда правы, работодатели – всегда должны и виноваты. Местные верят каждому "столичному" – будь то давно дискредитировавший себя в Алматы и Астане "демократ" или эмиссар разыскиваемого преступника – словно пророку. Еще б, ведь поют эти залетные вороны именно то, что жаждущая "халявы" часть общества хочет слышать. На страницах своих купленных газет превращают кучку обманутых, запутавшихся в собственных доводах и мотивах людей в мощную силу – но все эти массы бастующих существуют лишь виртуально. Здесь играет свою роль и усилившийся на Западе страны религиозный экстремизм, приводящий к таким последствиям, как перестрелка под Актобе, и традиционное, истинно "местное" бунтарство, которое красиво смотрится лишь в рассказах на праздничных посиделках, но выплеснутое на площади, способно привести к трагедии. История забастовочного движения Мангистау, как зеркало отражает факторы оппозиционной заинтересованности в разжигании всевозможных конфликтов и чиновничьей безграмотности и безответственности. Нынешняя забастовка – прямое следствие тех необдуманных обещаний, которые в 2008 году надавал нефтяникам ныне осужденный за растрату экс-глава КМГ Серик Буркитбаев. Его в области частенько поминают "добрым" словом, ведь пообещать столько, сколько нефтегазовый госсектор не потянет, можно лишь намерено или по вопиющей для человека такого ранга неосведомленности. Местная же элита несет ответственность за муссирование одного из самых нелогичных пунктов в требованиях бастующих – передислокации главного офиса РД КМГ в Актау. Заинтересованным в перенаправлении финансовых потоков в их карман наплевать, что одинаковые с жителями Мангистау "права на дислокацию" компании в их регионе имеет и Актобе, и Кызылорда и многие другие районы, так как эта структура действует по всей республике.
Самое подлое и страшное, что будоража народ заведомо лживыми посулами и преувеличивая влияние бастующих, Аблязов благополучно сидит в Лондоне, Абилов и К – в Алматы, в своих чистеньких офисах с кондиционерами. Им не будет дела до оставшихся без средств к существованию семей уволенных или потерявших на голодовке здоровье, до детей, не увидевших в этом году отдыха в лагере, до невыплаченных кредитов, ссор, драк и даже смертей – ведь один пытавшийся угомонить товарищей нефтяник уже умер, сердце не выдержало. Этим манипуляторам, радеющим о собственных интересах, активно помогают так называемые лидеры бастующих. Их человек 100, поскольку в реальности основная масса бастующих бросила работу "за компанию" с друзьями или родственниками. В приватных разговорах 80% не могут внятно мотивировать свои претензии к работодателю, и объясняют поведение детским и наивным "перед пацанами западло". Моральное давление в столь замкнутом регионе, где все друг друга знают, имеет большое значение, активисты здорово этим пользуются. В адрес законопослушно выходящих на работу постоянно звучат угрозы, служебные автобусы подкарауливают на трассе, буквально вытаскивая из них людей, дома у сознательных нефтяников раздаются подозрительные звонки. "Ядро" придумало для своих товарищей, не наплевавших на ответственность перед семьями и кодекс чести нефтяника оскорбительную кличку "бабы". Доходит до того, что в столовую подбрасываются юбки и другие предметы женского туалета. Такими нехитрыми методами активисты ведут свою "агитацию", умные и сильные не поддаются, но на слабых они действуют убойно.
Лидеры бастующих – вообще отдельная песня. Об ангажированности зачинщицы, бывшего юриста "Каражанбасмуная" Натальи Соколовой уже известно далеко за пределами области. В поданных в суд документах имеются неопровержимые свидетельства того, что для нее нынешняя забастовка – всего лишь метод шантажа РД КМГ. Больше того, еще во время работы в РД означенная дама написала заявление о приеме на службу в другую компанию, и лишь потом уволилась, выкатив претензии в 86 миллионов тенге. Если б нефтяники, вкалывающие на 45-градусной жаре и 25-градусном морозе круглый год, прочли список "нарушений", заявленных Соколовой, то едва ль они б по-прежнему выступали в ее защиту. Например, г-же юристу не нравился климат в личном кабинете, то, как кондиционер поддерживает температурный режим. А еще возмущение вызывала температура воздуха в ее личном же джипе… когда РД отказалось удовлетворить непомерные аппетиты, Соколова в посменной форме пригрозила забастовкой и обещание свое сдержала. Надо полагать, юрист прекрасно осведомлена, что отраслевой и районные коэффициенты – основной предмет спора – давно заложены в зарплаты, и что требования незаконны и не будут удовлетворены в судах. Знала, и, тем не менее, устроила бучу.
Стоит своей тезки и ее марионетка – нынешний лидер жанаозенских протестантов Наталья Ажигалиева, оператор 5-го разряда МГДУ-1, чья зарплата в среднем превышала 300 тысяч в месяц. Важно отметить, что "лидеры" люмпенизированной части рабочих меняются с огромной быстротой, и сегодняшний кумир завтра успешно топчется ногами. Так случилось с председателем профсоюза "Каражанбасмуная" Косархановым, которого бастующие избрали сами на волне прошлогодней стачки, теперь же он в их глаза аффилиированный с администрацией мошенник. Ажигалиевой же, по мнению многих встречавшихся с ней, срочно требуется врач определенной специализации. Истерики, визгливые выкрики, постоянные угрозы – вот стиль "руководства" данного лидера. Например, у одного из местных журналистов Ажигалиева вырвала фотокамеру и едва не разбила аппарат, она же, зазывая к себе прессу, тут же обвиняет ее в продажности. Многим местным памятна недавняя история, когда Наталья Ажигалиева надумала совершить акт самосожжения, пригласив для этого СМИ, но когда те прибыли, заявила: "давайте вначале поговорим". Способ голодовки также вызывает удивление: совсем недавно Ажигалиеву застали с сигаретой. Кроме того, есть сведения, что Ажигалиева, так же как и другие активисты регулярно получает телефонные карточки из неустановленных источников, а на их номера поступают звонки с кодом города Лондона. Экстремистские и непоследовательные действия "ядра" давно взывают к вниманию правоохранительных органов, чего не скажешь об основной части бастующих, введенных в заблуждение. Колеблющихся администрация РД КМГ просит вернуться на работу, без последующего разбирательства прогулов, и есть надежда, что конструктивный призыв будет услышан.

Надежда есть
Впрочем, лидеры практически поголовно уже потеряли работу. Чтобы спасти от социального краха последовавших за "ядром" рабочих, РД КМГ прекратило договора с 160 членами коллектива в "Каражанбасмунае" и с 260 на "Озенмунайгазе". Судьба уволенных теперь полностью будет зависеть от акима области Крымбека Кушербаева, который пусть не сразу, но с пользой вмешался в конфликт, обещав трудоустроить их на других предприятиях области. Тем, кто сохранит работу, могут позавидовать многие казахстанцы – пожалуй, мало найдется компаний, столько сделавших для социального развития, да еще столь проблемного региона. В рамках своих контрактных обязательств, в соответствии с Программой развития социальной инфраструктуры города Жанаозен и Каракиянского района, РД КМГ, начиная с 2008 года, ежегодно выделяет 900 млн. тенге (6,1 млн. долларов США), направленных на развитие жилищно-коммунального хозяйства Жанаозена и развитие социальной инфраструктуры города. Дополнительно к средствам, предусмотренным контрактными обязательствами, только в 2010 году компания на нужды города выделила свыше 970 млн. тенге (6,6 млн. долларов). На эти средства в Жанаозене создано 1000 социальных рабочих мест, строится 200-квартирный коммунальный жилой дом. Расширяется до 500 гектаров подсобное хозяйство в местности Тонырекшин (еще 1,5 тысячи рабочих мест), оборудованы 63 дворовые площадки, установлены 10 спортивных площадок с искусственным покрытием на территории школ города. Также за счет этих средств оплачиваются счета за коммунальные услуги местным ветеранам Великой Отечественной войны. В центре Жанаозена на средства компании построен современный спортивный комплекс, где инвалиды занимаются бесплатно, а другие горожане по дотационным абонементам. В просторных залах проводятся тренировки и соревнования по 20 видам спорта, есть три бассейна и оборудованный медпункт. В целом затраты на содержание социальных объектов (оздоровительно-спортивный комплекс, стадион, зона отдыха "Кендерли", детский лагерь и т.д.) составят 500-600 млн. тенге ежегодно. Кроме этого планируется построить лечебно-медицинский центр со стационаром в г. Жанаозен (сметной стоимостью 1,3 млрд. тенге), детский оздоровительный лагерь на 300 мест, также намечено перепрофилировать "Кендерли" в круглогодичный санаторий – на эти цели запланировано порядка 1,2 млрд. тенге.
На днях руководство РД КМГ в ходе брифинга еще раз прояснило свою позицию. Подчеркнув, что участникам акций протеста неоднократно в устной и письменной форме были представлены разъяснения незаконности выдвинутых ими требований и причин отказа компании выполнять их, администрация напомнила о том, что аналогичные ответы получены и из государственных и судебных органов. Так, по искам бывшего юриста профсоюза КБМ Соколовой, председателя профсоюза КБМ Косарханова, пытавшихся опротестовать действия представителей местных органов труда и социальной защиты населения, судами различных инстанций трижды выносились судебные решения, в которых эти требования признаны не соответствующими законодательству. Суд Жанаозена по аналогичному иску работницы ОМГ Айтешевой К.Б. также вынес решение, признающее требования забастовщиков необоснованными и незаконными. За незаконные забастовки, нанесшие ущерб беспрерывному производству, а именно таким являются месторождения, РД имело право уволить всех "прогульщиков", однако ограничилось точечным разрывом договоров.
Сегодня компания прилагает все усилия, чтобы наладить диалог с профсоюзными лидерами, официально избранными в качестве представителей трудовых коллективов в КБМ и ОМГ. В частности, в середине июня с представителями профсоюза ОМГ встречались председатель совета директоров РД КМГ Алик Айдарбаев и генеральный директор Аскар Балжанов. Тем не менее, переговоры с лидерами профсоюзов затруднены, так как в настоящее время на обоих предприятиях царит раскол, и участники акций протеста отказываются признавать профсоюзных лидеров, официально избранных в свое время трудовым коллективом. Для сохранения стабильности в регионе и, прежде всего, безопасности самих бастующих АО "Разведка Добыча "КазМунайГаз" призывает международные организации и публичные персоны к взвешенности и объективности при оценке ситуации с забастовками казахстанских нефтяников. "РД КМГ выражает надежду, что международные организации и публичные персоны будут относиться к информации, распространяемой заинтересованными сторонами, взвешенно и, прежде чем делать те или иные публичные заявления, будут проверять сведения, на которых они основаны", – такова официальная просьба. Поводом для заявления стал отказ известного британского музыканта Стинга выступать с концертом в Астане 4 июля. Стинг принял решение не участвовать в праздновании Дня Астаны, так как он разделяет позицию международной организации Amnesty International, заявляющей "о подавлении прав работников нефтегазовых компаний, членов профсоюзов, их адвокатов и работающих с ними представителей НПО". Концерт звезды был отменен за день до выступления, несмотря на то, что почти все билеты были раскуплены. Думается, что Стинг едва ли вообще знает, где находится Казахстан, и уж, тем более, не в состоянии вникнуть в суть происходящих в нефтяной отрасли процессов – музыканту явно напели с чужих слов. И если казахстанцы уже вполне понимаю, откуда дует злой ветер, раскачивающий Мангистау, то за рубежом действия лондонских и венских преступников могут не восприниматься всерьез.
Обращаясь с призывом не обострять ситуацию, глава РД КМГ Аскар Балжанов сказал: "…я подозреваю, что некоторые наши соотечественники, которые самолетами и теплоходами вывезли свое добро отсюда, которые порвали с исторической родиной и любят нашу родину издалека, часто выступая, пописывая статейки или по К+ выступая. Я думаю, это их рук дело, честное говоря, они же ничем не гнушаются". Судя по всему, в дальнейшем его мнение будет подтверждено компетентными органами.
Хочется привести и точку зрения тех, кого не привыкли спрашивать оппозиционные журналисты – а именно рабочих и ИТР, не поддавшихся ложным посулам и провокациям, а таких намного больше протестантов. Понимая, что простой наносит вред не только РД КМГ и их собственным заработкам, но и доходам государства, они каждый день выполняют свою норму и норму "загулявших" товарищей. Нефтяники особая каста, многие в Мангистау трудятся в этой сфере "по наследству", первые дети Жанаозена ходили в школу в землянке, их семьи жили в бараках, и, не смотря ни на какие трудности, насыщали огромную страну "черным золотом". Рабочая гордость, гражданская ответственность – перед этим бессильны любые звонки из Лондона или Вены. "Нефть – это жизнь", – говорят нефтяники и остаются на посту.

Нурлан ИСАЕВ, www.better.kz, 15 июля

nomad.su

PDFПечатьE-mail
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить