Казахстан отстает от остального мира по возобновляемым источникам энергии

размер шрифта: Aa | Aa
19.03.2012 11:57

На днях в правительстве представили облик энергетической модели Казахстана XXI века. Но, как оказалось, она не в полном объеме использует ресурсную базу страны.
 С одной стороны, республика входит в число лидеров по добыче урана, но при этом только четыре процента генерируемой энергии планирует получать в результате расщепления атома. С другой стороны, имеется хороший потенциал по ветровой энергии, но к 2030 году страна намерена получать только 10 процентов в общем объеме энергопотребления за счет силы ветра. Но и на это есть свои причины: простые люди испытывают страх перед ядерной энергией, а альтернативная энергетика для нас остается пока непаханым полем, где предстоит проделать большую работу, прежде чем оценивать ее реальный потенциал. Поэтому основной акцент, как и сегодня, будет сделан на сжигании угля. Однако и тут имеются проблемы. Поскольку КПД тепловых станций сегодня составляет 33–34 процента, а значит, в энергетической отрасли грядет своя революция.

На этой неделе в правительстве обрисовали контуры будущей энергетики Казахстана. Отметим сразу – проблема носит архиважное значение. От того, насколько окажется удачной «энергоформула», будет зависеть успех не только казахстанской экономики, имеются в виду ее устойчивые и динамичные темпы развития, но и вопросы лидерства страны как на постсоветском пространстве, так и в глобальной экономике. Ведь рост ВВП на один процент влечет за собой увеличение потребности в электропотреблении на 1,6–1,8 процента.
В ближайшее время предстоит решать сразу несколько задач в энергокомплексе. Во-первых, генерирующие мощности республики морально устарели (изношенность оборудования станций и сетей составляет 65–70 процентов. – Ред.), следовательно, их необходимо «омолаживать». Во-вторых, диверсифицировать энергетическую систему, ее структура далеко не отвечает современным требованиям. Большая часть электроэнергии и тепла в Казахстане производится за счет сжигания угля, в то время как в остальном мире переходят на энергию атома и возобновляемые источники энергии. В-третьих, широко и активно внедрять энергосберегающие технологии. В противном случае нам предстоит только постоянно наращивать генерирующие мощности. А это слишком расточительное занятие. Более того, энергетика в этом случае будет оказывать перманентное давление на экономику, загоняя ее в тупик в глобальной конкурентной борьбе.

Акцент на уголь
В принципе, на все три вопроса правительство в лице министра индустрии и новых технологий Асета Исекешева дает ответ. Итак, если в прошлом году в Казахстане было произведено 78,8 млрд кВт/ч., то к 2030 году генерация энергии должна быть доведена до 150,2 млрд кВт/ч. Но структура выработки энергии не сильно изменилась. Уголь, в отличие от нефти или газа, не сильно дорожает. А значит, ТЕС остается в обойме. Правда, и тут имеется своя специфика: в мире снижается доля генерации энергии за счет сжигания угля. А как выглядит ситуация в Казахстане? Сегодня в стране порядка 84,4 процента энергии получаются традиционным способом, к 2030 году таким способом планируется производить 75,9 процента электроэнергии. 
Проблема ТЭЦ состоит не только в изношенности оборудования, но и в нагрузке на экологию. Казахстан уже несколько лет находится в лидерах в мире по выбросу вредных веществ в атмосферу, имеются в виду парниковые газы. Одна из веских причин этому – энергетика, которая использует уголь. Это не только вредно, но и не совсем рационально. Поскольку КПД тепловых электростанций составляет 33–34 процента, а значит, большая часть топлива уходит в атмосферу, а не в электросети. В результате потребители платят за воздух, что делает экономику менее конкурентоспособной, поскольку предприятия включают тарифы в стоимость продукции.
Отрасль требует модернизации, а значит, инвестиций. По оценке министерства, в период с 2012 до 2030 год необходимо изыскать 9,5 трлн тенге, из них 5,5 млрд тенге приходятся на генерирующие мощности станций и 3,9 млрд тенге – на электросети. Но откуда планируется изыскать такие средства? В правительстве говорят о создании рынка мощностей и тарифах, но там же говорят о том, что нынешняя энергосистема остается непривлекательной для инвесторов сферой. Напрашивается вывод, что модернизация нашей энергетики ляжет на плечи населения. Хотя и здесь имеются исключения. 
«Мы, Министерство охраны окружающей среды (МООС), проработали вопрос с японскими компаниями по привлечению инвестиций в модернизацию ТЭЦ. Есть возможность модернизировать от четырех до пяти ТЭЦ в короткое время полностью за счет японской стороны: начиная с ТЭО и заканчивая самим проектом», – сообщил в марте глава МООС Нурлан Каппаров.
Почему Япония? Ответ на удивление прост. Страна восходящего солнца тем самым вносит свой вклад в снижение выбросов парниковых газов в атмосферу, с другой стороны, оказывает неоценимую помощь дружественному народу Казахстана. Данный прецедент привлекает особое внимание, так как источники инвестиций можно найти среди других стран элитарного клуба ОСЭР. Но ходить с протянутой шляпой не совсем приятное занятие. В связи с этим имеет смысл повысить инвестиционную привлекательность энергетической отрасли Казахстана за счет стимулирующего пакета. В конце концов, энергия с момента овладения человеком огня носила стратегический характер для государства, а раз так, то оно может пойти навстречу стратегическим инвесторам. 
Отчет Министра индустрии и новых технологий Асета Исекешева проливает свет на развитие мирной атомной энергетики в Казахстане. Хотя решение по строительству АЭС в Казахстане пока не принято, тем не менее к 2030 году планируется вырабатывать до 4,2 процента энергии за счет атома. Но обращает на себя внимание доля атомной энергетики, по сравнению с другими странами она очень маленькая. Это может быть связано с отношением населения к ядерной энергетике, кроме того, Казахстан проявляет интерес к АЭС малой и средней мощности (мощностью 300 мегаватт. – Ред.). Последний момент позволяет объяснить причину, по которой во Франции 74,1 процента генерации энергии приходится на атом, в России – 17,8 процента, а у нас планируется 4 процента.
Но, как отметил Асет Исекешев, пока закладывается 4 процента под атомную энергию, и не исключено, что в будущем «квота» будет пересматриваться. Что же касается планов строительства первой АЭС в Казахстане, то, по словам министра, этот вопрос будет рассмотрен в текущем году. В целом отметим, что у нашей страны имеется большой потенциал развития атомной индустрии, во многом благодаря крупным запасам урана. Поэтому доля ядерной энергетики должна быть на порядок выше, чем указанные 4 процента. В качестве примера можно сослаться на Канаду, которая является лидером по добыче урана в мире. В стране на долю АЭС приходится 15 процентов производимой энергии. 
Кроме маленького показателя атомной энергетики привлекает внимание снижение доли гидроэнергетики в Казахстане. Сегодня она составляет 9,3 процента, а в 2030 году достигнет 6,8 процента. Скорее всего, реки к тому моменту не пересохнут, равно как не стоит видеть в этом злого умысла противников «зеленой экономики». Очевидно, что на этот процесс повлияет увеличение к 2030 году общего объема генерируемой в Казахстане электроэнергии. В частности, наращивание мощностей теплоэлектростанций приведет к снижению в общем зачете процента гидроэнергетики.
Еще одной особенностью доклада можно назвать внедрение энергосберегающих технологий. В 2030 году в Казахстане планируется вырабатывать до 150,2 млрд кВт/ч. электроэнергии, а если сохранить нынешний статус-кво, то этот показатель необходимо доводить до 170 млрд кВт/ч. Снижение на 20 млрд кВт/ч возможно за счет новых технологий энергопотребления. В данном случае Исекешев ссылается на новый закон «Об энергосбережении и повышении энергоэффективности».

Есть ли альтернатива?

Еще в 2009 году на 12 внеочередном съезде НДП «Нур Отан» глава государства Нурсултан Назарбаев заявил о необходимости развивать возобновляемые источники энергии (ВИЭ), поскольку в этом направлении «движется весь мир». Можно было бы ограничиться своим обособленным путем развития, но в условиях глобализации это невозможно. 
Во-первых, в данном случае мы будем сталкиваться с сильным давлением своих партнеров. К примеру, вчера представители Организации экономического развития и сотрудничества (ОЭСР), куда входят влиятельные индустриально-развитые страны, сообщили о том, что к 2050 году население планеты достигнет 9,5 млрд человек, при этом потребности в энергии вырастут на 80 процентов от нынешних показателей. По оценкам ОСЭР, к 2020 году выбросы парниковых газов увеличатся на 50 процентов, что повлечет гибель 3,6 млн человек.  
«Промедление в решении этих проблем приведет к серьезным издержкам, будет угрожать росту и развитию, а также создаст риски необратимых и потенциально катастрофических изменений в будущем», – говорится в сообщении ОЭСР. 
Во-вторых, под давлением стран ОЭСР и новых экологических требований в мире сформируется новая энергетическая система. И здесь важно успеть вскочить на подножку уходящего поезда: тот, кто останется на перроне, не доберется до конечной станции. Не окажется в стороне от этого процесса и Казахстан. По оценкам министра, к 2030 году долю возобновляемых источников энергии в стране планируется довести до 10 процентов. Много это или мало? 
На наш взгляд, Казахстан размеренными темпами движется в направлении новой энергетической системы, хотя уже сегодня необходимо ускорить шаг. И здесь позитивный опыт демонстрирует даже не Германия, Китай или США, а маленькая европейская страна Испания, которая вошла в «большую четверку» по генерации ветровой энергии. Больше внимания к себе привлекает простое статистическое сравнение. Испания с населением 44 млн человек смогла обеспечить 21 процент электроэнергии за счет силы ветра, излишки электричества экспортирует соседям. Казахстан имеет обратную и более благоприятную зависимость: у нас в два раза меньше населения (16 млн 675 тысяч человек. – Ред.) и наша экономика менее «тяжелая» (несильно развита промышленность), при этом потенциал ветровой энергии оценивается в 920 млрд кВтч/год. При этом отметим, что эта цифра претерпела изменения, два года назад потенциал оценивался в 322 млрд кВтч/год. Но в любом случае мы пока не научились правильно использовать свои возможности. 
Иными словами, Испания показала, что энергетика XXI века – это не концепция и не фантастика, а уже вполне осязаемая реальность. Но самое интересное, что произойдет в этой стране к 2030 году. Можно смело говорить о том, что ветровая энергетика усилится, и не только в Испании. Большинство развитых стран мира активно инвестируют средства в развитие ветровой и солнечной энергетики. Это значит, что через 18 лет, когда Казахстан доведет объемы генерации альтернативной энергетики до 10 процентов, остальные страны перешагнут через порог 25–35 процентов. Для того чтобы перестать быть в положении «вечно догоняющих», необходимо активизировать работу в этом направлении.
Впрочем, свою посильную помощь могут оказать нам и испанцы. Энергетические компании этой страны занимаются не только реализацией электричества, но и экспортом ветрогенераторов. По этой причине Казахстан представляет особый интерес. Во-первых, наша страна относится к группе государств с быстро растущей экономикой. Во-вторых, и это самое интересное, Испанию и Казахстан разделяют выше 6 тысяч километров, а значит, вести сюда «крылатую технику» накладно. Оптимально – наладить ее производство у нас на месте. А это дополнительный бонус, который позволит Казахстану не только нарастить долю альтернативной энергии, но и усилить инновационный потенциал отечественной экономики.
Нельзя сказать, что у нас ничего не предпринимается в данном направлении. Так, в марте рядом с городом Аркалыком (Костанайская область) начнется строительство ветроэлектростанций. Как отмечают местные власти, планируемая мощность составит 48 мегаватт. Аналогичные проекты встречаются и в других казахстанских регионах. Однако пока трудно говорить о том, что ветровая энергия приобретает масштабный характер. 
Как и все новое, ВИЭ сталкивается сегодня с противниками, которые скептически оценивают альтернативную энергию. Их главный аргумент сводится к тому, что такая форма генерации энергии не может бесперебойно обеспечивать потребности экономики в электричестве и стать заменителем ТЭЦ или АЭС. С этим никто не спорит, так же как и с тем, что в мире нет моногенерирующих систем. Везде присутствует смешанная схема, теплоэлектростанции дополняет гидро- или атомная энергетика, вопрос только в общей пропорции: какая форма воспроизводства электричества и тепла доминирует. При этом доля альтернативной энергетики определяется не только экономической потребностью, но и природными возможностями обдуваемых ветром и прогреваемых солнцем пространств. Но уже очевидно, что объем ВИЭ в разных странах через 20 лет достигнет более 15–30 процентов.
Реализовывать в Казахстане проекты альтернативной энергетики планируется за счет частных инвесторов. Как показывает мировой опыт, это перспективное направление для бизнеса. Последние годы объемы инвестиций в данной сфере растут как на дрожжах. Но, чтобы нечто похожее наблюдалось в Казахстане, необходимо в первую очередь менять действующее законодательство. Нынешняя правовая база, по сути, не регулирует оборот электроэнергии полученной за счет ветра или солнца, и, по оценкам экспертов, страна находится только на начальном пути «экологического марафона». 

Марат МАМАЕВ, Алматы

http://www.liter.kz

PDFПечатьE-mail
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить